Профессор Преображенский из повести Булгакова «Собачье сердце»: кто был прототипом?

Историки до сих пор спорят, с кого списан портрет профессора Филиппа Филипповича Преображенского, главного героя бессмертной повести «Собачье сердце». На эту роль выдвигают несколько коллег М.А. Булгакова, который, как известно, был врачом. Все они работали в разных направлениях клинической и экспериментальной эндокринологии, близких к тому, чем занимался и Преображенский, открывший способ омоложения организма посредством пересадки людям желез внутренней секреции животных. Итак, прототип профессора Преображенского — кто же он? И что представляла собой наука эндокринология на заре ее становления — в конце XIX — первой трети XX века?

ПИОНЕР АНТИЭЙДЖИНГА

Казалось бы, если говорить об особенностях медицинской деятельности, не может быть более достоверного прообраза Преображенского, чем французский хирург российского происхождения Сергей (Самуил) Абрамович Воронов (1866-1951). 12 июня 1920 года он произвел первую официальную пересадку «желез обезьяны» человеку и повторил этот опыт неоднократно: более 500 мужчин прошли «лечение» по его методу омолаживания.

Как утверждал С.А. Воронов, результатом операции было стойкое улучшение сексуальных функций, памяти, зрения, возможность работать долгое время без отдыха. А главное — продление срока жизни. Воронов разбогател и прославился на весь мир. Во время Международного хирургического конгресса в Лондоне коллеги восторженно аплодировали его успехам. В 1925 году вышла книга Воронова «Омоложение прививанием», быстро ставшая бестселлером. И лишь в начале 1930-х годов он прекратил эксперименты под давлением скептицизма научного сообщества и перемены настроения публики.

Однако Сергей Абрамович не сдавался! Он надеялся, что получение в чистом виде вещества, производимого яичками, придаст новый импульс его работам. Свое поражение ученый признал, когда в 1935 году тестостерон был действительно выделен и оказалось, что никакого омолаживания и других ожидаемых Вороновым суперэффектов инъекции этого гормона не вызывали.

И все же есть одно очень серьезное возражение против выдвижения кандидатуры С.А. Воронова на роль профессора Преображенского. Он эмигрировал из России во Францию еще в 18 лет. Там же получил медицинское образование, а затем и гражданство. С тех самых пор с Россией его больше ничего не связывало. А ведь профессор Преображенский жил и работал в нашей стране! Причем его непростые отношения с советской властью стали одной из ключевых сюжетных линий повести «Собачье сердце».

ГРАВИДАНОТЕРАПЕВТ СО СЛОЖНОЙ СУДЬБОЙ

Другим прототипом профессора Преображенского считается Алексей Андреевич Замков (1883-1942) — хирург, терапевт, ученый-эндокринолог, создатель первого в мире промышленного препарата для гормональной терапии под названием «гравидан».

А.А. Замков родился в крестьянской семье. В 1914 году окончил медицинский факультет Московского университета. Имел врачебную практику, успел поработать военным хирургом на фронтах Первой мировой, а в 1927 году стал сотрудником лаборатории профессора Н.К. Кольцова в Государственном институте экспериментальной биологии. И именно здесь придумал, как получать из мочи беременных женщин инновационный по тем временам препарат гравидан (от лат. gravida — беременная), который принес ему мировую славу. Не верите — загляните в Википедию: в ней есть целая глава, посвященная гравиданотерапии! А началось все с серии экспериментов на мышах, поставленных в 1928 году: их половой аппарат активно реагировал на введение мочи беременных женщин. Эффект распространялся не только на самок, но и на самцов. Тогда ученый испробовал действие чудо-мочи на других животных, а заодно и на себе.

— Будто выпил бутылку шампанского! — восторженно описывал А.А. Замков собственные ощущения после сеанса уринотерапии. — Длился этот подъем дней десять. А подопытная фауна неистовствовала! Старый рысак, которого готовили к забою, после инъекции показал рекордную резвость. Всякая тварь крепла, плодилась и размножалась, как в раю.

Проведенные затем исследования с участием — внимание! — красноармейцев показали значительные иммуностимулирующие и общетонизирующие эффекты гравидана при широком спектре заболеваний. Однако в 1930 году под предлогом борьбы со знахарством работы по изучению препарата были остановлены, а А.А. Замков уволен из института. Чтобы продолжить опыты, ученый попытался нелегально покинуть СССР, но был пойман, обвинен в попытке продажи секрета своего изобретения за границу и осужден на три года ссылки.

Между тем сведения о необычном препарате (в немалой степени благодаря усилиям М.А. Горького) дошли до высшего руководства страны. В 1932 году экспериментатору вернули свободу и назначили директором специально созданной лаборатории урогравиданотерапии. Начался серийный выпуск лекарства! На прием к доктору Замкову выстраивались очереди из партийных руководителей и деятелей культуры. Кто только не прошел через гормональную терапию гравиданом — Молотов, Калинин, Клара Цеткин, Горький и многие другие. Применение препарата считалось настолько перспективным, что в 1933 году лабораторию Замкова преобразовали в Государственный институт урогравиданотерапии, где Алексей Андреевич начал директорствовать.

Но наступил 1937 год. Арестовали и расстреляли нескольких родственников ученого. Через год институт расформировали, научная и лечебная деятельность Замкова подверглись обструкции. Он тяжело заболел, перенес инфаркт и был фактически сослан в город Каменск-Уральский, где затем работал хирургом. После возвращения в Москву в 1942 году умер от второго инфаркта. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище. На могиле установили памятник работы его жены — известного архитектора Веры Мухиной с надписью: «Я сделал для людей все, что мог».

Гравидан выпускался в нашей стране до 1964 года и использовался при инфекциях, сердечно-сосудистых болезнях, астме, язве желудка, в гнойной хирургии, при расстройствах психики, а также в глазной практике и для лечения импотенции.

Вот только годится ли Замков в литературные герои? Ведь профессор Преображенский, как мы помним, не изобрел ни одного лекарства. И хотя он и не ладил с председателем домкома Швондером, никаким репрессиям со стороны советской власти все же не подвергался. Напротив, судя по тому, как вольготно жилось профессору в голодном и неустроенном 1924 году, эта самая власть ценила его, а операции были востребованы большевистской элитой.

ОРГАНИЗАТОР ИНСТИТУТА ЭНДОКРИНОЛОГИИ

Еще одним возможным прототипом профессора Преображенского считается ученый- эндокринолог и физиолог Василий Яковлевич Данилевский (1852-1939). Никаких гравиданов он не изобретал и не пытался никого омолаживать. Но если все то, что сделали С.В. Воронов и А.А. Замков, увы, не оставило заметных следов в медицинской науке и практике, то В.Я. Данилевскому удалось внести реальный вклад в развитие не только отечественной, но и мировой эндокринологии и физиологии.

В.Я. Данилевский (брат А.Я Данилевского, выдающегося русского биохимика) родился в Харькове в семье часовых дел мастера, окончил гимназию с золотой медалью и поступил на медицинский факультет Казанского университета, а затем по семейным обстоятельствам перевелся в Харьковский, откуда и выпустился, получив диплом с отличием.

Еще студентом Данилевский начал экспериментировать в университетской лаборатории. За первую же научную работу по биохимии мышечной ткани факультет наградил его золотой медалью. Через год после окончания университета вчерашний студент получил степень доктора медицины, защитив диссертацию на тему «Исследования по физиологии головного мозга».

В 1876 и 1883 годах Данилевский уезжал в двухгодичные командировки в Германию и Швейцарию, чтобы поработать в лабораториях Карла Людвига и других выдающихся физиологов того времени. В России же он занимался наукой и преподавал сначала в звании доцента в Харьковском ветеринарном институте, затем уже как профессор кафедры нормальной физиологии медицинского факультета Харьковского университета. Здесь до 1909 года, а затем с 1917 по 1921 год продолжилась его научная и педагогическая деятельность. Восьмилетний же перерыв образовался потому, что министр просвещения Кассо за свободомыслие Данилевского запретил ему читать лекции в университете.

В 1910 году по инициативе ученого был открыт Женский медицинский институт, где он стал директором и заведовал кафедрой физиологии до 1926 года. В 1919 году Василий Яковлевич также основал в Харькове

Органотерапевтический институт — первое в стране учреждение эндокринологического профиля. Его задачами стало фабричное производство гормональных препаратов и исследование биологической активности вытяжек из эндокринных желез животных. В 1923 году Органотерапевтический институт был преобразован в Украинский НИИ эндокринологии и органотерапии, где Данилевский проработал до последнего дня своей жизни, оборвавшейся в 1939 году.

СПЕРМОЛЬ И ОВАРИН

Об эндокринологических исследованиях В.Я. Данилевского Булгаков знал наверняка и вполне мог списать с него портрет профессора Преображенского. Первые упоминания об изучении Данилевским действия вытяжек из желез внутренней секреции, содержащих гормоны, относятся к 1896 году. Журнал «Вестник медицины» напечатал тогда работу ученого о влиянии экстракта из яичек животных на мышечную деятельность. Сообщалось, что при введении такой вытяжки старым истощенным лошадям удалось стимулировать активность их мускулатуры. Спустя три года в другой своей статье Данилевский впервые в мировой науке поставил вопрос о значении химических, как бы мы сказали сегодня — гормональных регуляций в жизнедеятельности организма.

«Исследования последнего времени, — писал он, — показывают, что некоторые из веществ, образующихся в животном теле, играют роль химических регуляторов для мускульной и особенно для нервной системы... Такие изыскания показывают, что функциональная регуляция может зависеть от химических продуктов местного, тканевого метаболизма».

Анализируя литературные данные и результаты собственных экспериментов, ученый пришел к выводу, что изучаемые им вещества по химической структуре проще белков, и разработал метод получения свободных от протеинов спиртоводных вытяжек из желез внутренней секреции. Патент на этот метод, переданный автором им же и созданному Органотерапевтическому институту, лег в основу работы этого учреждения в области науки и производства эндокринных препаратов.

Спиртоводная вытяжка из семенников, изготовленная по методу Данилевского, получила название «спермоль», а из яичников экстрагировали оварин. Ученый также использовал вытяжки из щитовидной железы. Изучая воздействие своих экстрактов на деятельность сердца, сосудов, мышц, нервов и других органов и тканей, Данилевский открыл ряд стимулирующих эффектов при использовании спермоля и оварина. Под руководством неутомимого директора сотрудники Института эндокринологии исследовали влияние вытяжек из половых желез на изолированные органы и организм в целом, как прямое, так и опосредствованное через ЦНС.

СОВЕТСКИЙ ИНСУЛИН

В первом выпуске газеты мы рассказывали о Л.В. Соболеве, открывшем внутрисекреторную функцию поджелудочной железы и ее значение для регуляции углеводного обмена. Им же был предложен метод выделения гормона этой железы. Усовершенствовав его, Бантинг и Бест в 1922 году получили чистый инсулин. Вопреки первоначальному предположению В.Я. Данилевского относительно простого строения гормональных веществ, инсулин обладал сложной белковой природой. При изготовлении водных вытяжек он разрушался. Поэтому Василию Яковлевичу пришлось использовать уже освоенную в 1920-х годах методику для производства инсулина в Украинском НИИ эндокринологии и органотерапии. Значение этого события невозможно переоценить: это был прорыв в советской медицинской промышленности, которому не было равных до начала производства химически чистых гормональных препаратов и их синтетических аналогов. Отечественный инсулин впервые в СССР в возглавляемом Данилевским институте получили в 1923 году и сразу же наладили его промышленный выпуск. Это позволило не только освободить страну от необходимости импорта препарата, но даже экспортировать советское лекарство за рубеж. В 1930-е годы в институте изготавливали уже 28 органопрепаратов и 12 гормональных средств. В их числе были первые синтетические гормоны дийодтирозин и метилтестостерон. А такие препараты, как адреналин и тироксин, не утратили своего значения — они выпускаются и сегодня!

По инициативе Данилевского на базе Украинского НИИ эндокринологии и органотерапии в 1927 году открылась первая в СССР эндокринологическая клиника, а также была создана биохимическая лаборатория, на базе которой в дальнейшем возник гормонохимический отдел, разрабатывающий методы получения гормонов.

Тогда как большинство авторов ограничивали свой интерес вопросом о влиянии инсулина на углеводный обмен, В.Я. Данилевский изучил воздействие этого гормона на нервную систему, а также поставил вопрос об обратных эффектах — воздействии ЦНС на образование инсулина, то есть на секреторные функции поджелудочной железы. Правда, собственных экспериментов в этом направлении ученый провести не успел, но его дело продолжили ученики.

НЕ ЗА СТРАХ, А ЗА СОВЕСТЬ

Итак, вполне вероятно, что именно профессор В.Я. Данилевский и стал прототипом главного героя повести «Собачье сердце». Его работы со спермолем и оварином были близки тому, чем занимался Филипп Филиппович Преображенский. Как и этот литературный персонаж, Данилевский был одним из тех русских интеллигентов, которые не захотели эмигрировать после революции. Хотя Преображенский и позволял себе критиковать большевиков в беседах со своим ассистентом Борменталем, но все же, как и Данилевский, служил новому режиму, а главное — своим соотечественникам- пациентам, как говорится, не за страх, а за совесть. Учитывая же огромный талант и трудоспособность обоих, итоги их работы были поистине замечательными!

Булгаков написал свою повесть в январе-марте 1925 года. Не прошло и года с небольшим, как 7 мая 1926 года при обыске, произведенном в квартире Булгакова сотрудниками ОГПУ, рукопись была изъята. Так вот, в 1925 году писатель еще не мог знать, что омолаживание организма посредством пересадки людям желез внутренней секреции животных окажется бесперспективной и в целом лженаучной методикой.

Это выяснилось лишь во второй половине 1920-х—начале 1930-х годов. Возможно, Булгаков искренне верил, что герой его повести служит новому, причем вполне реальному направлению медицины с захватывающей перспективой. Но ведь в первой трети ХХ века не менее инновационным и многообещающим представлялось и то, чем занимался профессор В.Я. Данилевский. А именно — производством гормональных препаратов для борьбы с эндокринными патологиями, в том числе диабетом, еще недавно считавшимся неизлечимыми! Вот вам и еще один довод в пользу того, что именно этот ученый мог стать прототипом Преображенского.

Напоследок посетуем, что Булгаков не оставил ни намека, который мог бы пролить свет на интересующий нас вопрос. Нам остается лишь строить догадки. Возможно, у читателей нашей газеты есть свои предположения на этот счет. Если так, мы готовы опубликовать их в следующих выпусках «Московской эндокринологии сегодня»!