Весной наша медицина понесла тяжелую утрату — один за другим ушли два патриарха отечественной травматологии: Владимир Анатольевич Соколов и Вячеслав Васильевич Ключевский. В этом и следующем номерах газеты мы публикуем очерки об их славном профессиональном пути.

Из Ясной Поляны — в Склиф

Жизнь студента Сеченовского мединститута Володи Соколова была очень насыщенной: утром и днем — учеба, вечером — студенческий кружок, отработка хирургической техники в операциях на собаках, серия успешных пересадок грудной аорты. А по ночам — дежурства в качестве медбрата, и не где-нибудь, а в Центральном институте травматологии и ортопедии! Именно там он на всю жизнь «заболел» травматологией.

В аспирантуру по травматологии и ортопедии в НИИ скорой помощи им. Н.В. Склифосовского молодой доктор Соколов поступил в 1964 году, уже имея серьезный практический опыт — несколько лет работал по распределению общим хирургом в Яснополянской больнице им. Л.Н. Толстого, делал там практически все: от аппендэктомий до резекций крупных суставов и помощи при патологических родах. Из Ясной Поляны он вернулся не только с солидным багажом знаний и навыков, но и со спутницей жизни — коллегой, соратником и верной помощницей Татьяной Александровной.

Работа в отделении травматологии и дежурства в приемном покое Склифа помогли определиться с темой кандидатской диссертации: «Лечение некоторых видов множественных переломов нижних конечностей». Она была успешно защищена в 1968 году.

К началу 70‑х в НИИ скорой помощи им. Н.В. Склифосовского было четыре травматологических отделения, которые мало чем отличались друг от друга. Пострадавшие с множественными и сочетанными повреждениями поступали в любое из этих отделений и не выделялись врачами в отдельную группу, требующую особых методов лечения. Как результат — большое количество осложнений общего и местного характера у пострадавших с тяжелыми травмами, которые нередко приводили к летальному исходу. А выбор консервативной тактики лечения переломов оборачивался несращениями костей, частичной или полной потерей функции конечностей и инвалидизацией пострадавших. Многие пациенты лежали в отделениях по полгода и дольше, и это никого не удивляло.

Ситуация усугубилась бурным ростом количества автомобилей и аварий с тяжелейшими травмами (в одной Москве каждый год насчитывалось до 8000 пострадавших и 600 погибших). Соколов догадывался, что это только начало, надо готовиться к худшему. И в 1975 году по его инициативе было решено перепрофилировать одно из травматологических отделений института в отделение множественной и сочетанной травмы. Политравма на всю жизнь стала главным профессиональным интересом Соколова и как практика, и как ученого.

Самое передовое отделение

Одной из сложных и не решенных на тот момент проблем, часто встречающихся у пострадавших с сочетанной травмой, было повреждение груди. «Сочетанная травма груди» — тема докторской диссертации В.А. Соколова. Совместно с инженерами ВНИИ медицинской техники он разработал аппараты для остеосинтеза переломов ребер танталовыми скобками, что позволило уменьшить травматичность операции и повысить надежность остеосинтеза.

Защитив докторскую, В.А. Соколов стал заведующим отделением сочетанной травмы. Под его руководством врачи и научные сотрудники отделения полностью освоили лечение по современной системе AO-ASIF, которая сегодня является золотым стандартом при оперативном лечении переломов. Миниинвазивный остеосинтез переломов длинных костей конечностей при помощи блокируемых штифтов вывел помощь пострадавшим с политравмой на новый уровень, поскольку он не увеличивал кровопотерю и обеспечивал высокую прочность фиксации отломков даже при сложных оскольчатых переломах.

В.А. Соколов внес большой вклад и в решение такой проблемы, как лечение тяжелых переломов костей и разрывов сочленений таза. На его счету более 500 операций с благоприятным исходом, им запатентован аппарат для сведения половин таза при разрывах лобкового симфиза.

Одним из приоритетных направлений работы своего отделения В.А. Соколов сделал диагностику и профилактику инфекционных и тромбоэмболических осложнений. Благодаря его настойчивости с 1998 года в институте удалось организовать постоянную допплер-диагностику флеботромбозов у пациентов с переломами костей и при выявлении тромбов вовремя направлять их в отделение эндоваскулярной хирургии для установки кава-фильтров. Кроме того, всем пациентам в группах риска стали проводить профилактику флеботромбозов низкомолекулярными гепаринами.

На его отделение постепенно стали равняться во многих крупных городах страны. Владимир Анатольевич всегда говорил, что ученый должен заниматься не только исследовательской работой, но и передавать опыт практическому здравоохранению, представлять результаты своей работы профессиональному сообществу для ознакомления и обсуждения. Он принимал участие почти во всех съездах травматологов-ортопедов Советского Союза и России, выступал с докладами и лекциями. Он провел 7 конференций по различным проблемам лечения политравм, сопровождая мероприятия бесценными мастер-классами.

Свой полувековой опыт работы в НИИ СП им. Н.В. Склифосовского профессор Соколов обобщил и подытожил в двух книгах: «Множественные и сочетанные травмы» (2006) и «Дорожно-транспортные травмы» (2009). Эти труды стали очень популярны, они и по сей день остаются настольными справочниками для многих травматологов нашей страны.

«Он бы интеллигентом на молекулярном уровне…»

Мы задали несколько вопросов ученику В.А. Соколова, заведующему отделением множественной и сочетанной травмы НИИ СП им. Н.В. Склифосовского, д.м.н. Павлу Анатольевичу Иванову.

— Павел Анатольевич, в чем главное достижение и главный вклад В.А. Соколова в отечественную медицину?

— Владимир Анатольевич Соколов является основоположником учения о лечении сочетанных и множественных травм в нашей стране. Он разработал теоретические основы лечебных подходов в данном разделе экстренной хирургии и травматологии.

— Какое изобретение из 32 патентов В.А. Соколова вы бы поставили на первое место по совокупности критериев (эффективность, удобство в применении и т.д.)?

— Владимир Анатольевич разработал несколько уникальных устройств и методов лечения сложной патологии. Однако его противошоковый костюм «Каштан» следует поставить на первое место по глубине замысла и эффективности применения. Это устройство призвано помогать стабилизировать состояния пострадавшего с тяжелой травмой, его использование приводит к значительному сокращению летальности.

— Считал ли Владимир Анатольевич, что машины скорой помощи, выезжающие на ДТП с тяжелыми травмами, должны быть укомплектованы «Каштанами»?

— Да, он настаивал как раз на этом. Этот костюм должен быть наложен как можно раньше. Использование его после доставки пациента в стационар не столь эффективно, так как время упущено, и у пациента уже развиваются тяжелые патофизиологические изменения в организме.

— К чему профессор был нетерпим, в каких ситуациях он расставался с людьми без сожаления? Было ли что-то, что могло вызвать его гнев и возмущение?

— Он был интеллигентом на молекулярном уровне. Никогда никого не выгонял с работы, всегда терпеливо пытался объяснить всем сотрудникам, что от них требуется. И никогда не терял самообладания и вежливости, хотя порой ему это давалось непросто.

— Вспомните какой-нибудь случай с участием вашего учителя, который сильно повлиял на вас в молодости и как на врача, и как на человека.

— Я неплохо владею компьютером, а Владимир Анатольевич владел им слабовато. И я технически помогал профессору в написании его книги по сочетанной травме: набирал текст, вставлял в него изображения и диаграммы, строил таблицы. Владимир Анатольевич очень скрупулезно вычитывал материал для поиска ошибок, все время пытался сделать книгу еще более полезной и интересной читателю. Он был готов заниматься этим каждый день до позднего вечера!Такая преданность делу была для меня очень полезной школой.