Детородное донорство

«Дамы, возможно, я сейчас самый опасный человек в Америке: 65-летний мужчина с пенисом юноши!» — шутит Том Мэннинг, реципиент первого трансплантированного в США пениса и единственный, кто открыто рассказал о своей жизни до и после трансплантации[1]. Эта операция была проведена два года назад в Массачусетской больнице общего профиля [2]. И в этой истории сам Мэннинг, едва оправившись от пенэктомии, предложил своему лечащему врачу включить его в лист ожидания для трансплантации полового члена. «Док, если вы когда-нибудь будете выполнять эксперименты по трансплантации полового члена, то знайте, что я на это готов», — вспоминает Мэннинг о своей реабилитации после пенэктомии в интервью Esquire.

Пенис и мошонка

В марте текущего года врачи Университета Джонса Хопкинса провели еще более сложную операцию — они трансплантировали половой член вместе с мошонкой (без яичек) и частью брюшной стенки [3]. В 14-часовой операции 26 марта были задействованы 11 хирургов, включая и Ричарда Редетта (Richard Redett), доктора пластической и реконструктивной хирургии Медицинской школы Университета Джонса Хопкинса.

«Сейчас пациент чувствует себя отлично, — сообщает УС доктор Редетт. — Мы ожидаем полного возвращения эрогенной чувствительности и возможности поддерживать эрекцию. Пациент уже может мочиться без проблем». Мошонка была пересажена без яичек по этическим причинам, из-за отсутствия согласия донора, поясняет доктор Редетт.

На настоящий момент количество трансплантаций полового члена можно пересчитать на пальцах одной руки. Первую провели в Китае Йин Бай (Ying Bai) и коллеги в 2006 году. Согласно опубликованным данным, после операции у 44-летнего реципиента не было признаков отторжения либо воспаления трансплантата. Однако всего через две недели врачам пришлось удалить орган из-за серьезных психологических проблем реципиента и его супруги [4].

Первой успешной трансплантацией полового члена по праву считается операция команды из Университета Стелленбош (Stellenbosch University), Южная Африка. В 2014 году профессор Андре ван дер Мерве (Andre van der Merwe) трансплантировал половой член 21-летнему парню, пострадавшему после ритуального обрезания [5]. «Он живет нормальной жизнью, сексуальные функции и мочеиспускание вернулись в норму, и он уже буквально забыл, что ему проводили трансплантацию», — рассказал ван дер Мерве о своем пациенте спустя несколько лет после операции. Подробные результаты были опубликованы в журнале в 2017 году: через три недели после операции восстановилась эректильная функция, через пять — совершен половой акт удовлетворительного качества [6]. Более того, в 2017 году сообщалось о беременности партнерши реципиента [7].

Успех этой операции, по мнению Jeffrey D. Campbell и Arthur L. Burnet, опубликованному в Nature Year in Review, поддерживает интерес исследователей и хирургов к совершенствованию данного вида помощи и формированию запроса на трансплантаты [8].

Профессор ван дер Мерве провел вторую удачную трансплантацию пениса 40-летнему пациенту, потерявшему половой член за 17 лет до этого. Этого мужчину доктор описал как «одного из самых счастливых пациентов, которых мы видели в нашей палате». В этом случае донор был белым, реципиент — черным. Чтобы сравнять цвета, спустя несколько месяцев после операции новый орган пришлось покрыть медицинской татуировкой [9].

Неудивительно, что эти операции выполнены именно в Южной Африке: здесь для полноправного становления представителем мужского пола необходимо пройти ритуальное обрезание, которое зачастую проводится в ненадлежащих условиях, что и стало причиной потери половых органов двух пациентов ван дер Мерве. Предполагается, что в стране проводится 250 частичных и полных ампутаций пениса ежегодно, после чего многие и вовсе решают уйти из жизни, так как мужчина без пениса опять же не считается полноправным членом общества [10]. «У тех, с кем я беседовал, была схожая методология, которую они считали убийственной: принять яд — положить его в пищу, — вернуться к кустам той местности, где были обрезаны, и никогда из них не выйти», — рассказывает доктор ван дер Мерве.

«Если нет пениса, то вы, в сущности, мертвы, — заявил врач на пресс-конференции, посвященной первой трансплантации. — Возвратите пенис — и вы сможете вернуть их [пациентов] к жизни».

От первого лица

Пациент, ставший реципиентом полового члена и мошонки, пожелал остаться неизвестным. Сообщается лишь, что утрата связана с военной службой. Напротив же, Том Мэннинг не стесняется рассказывать о себе и своей истории неудач. Или, как он теперь считает, напротив — истории удач. Потому как все могло быть гораздо хуже.

В 2012 году Том поскользнулся при разгрузке коробок и опрокинул на себя тяжеленную тележку с бумагами. Несмотря на кровь, боль в паховой области и отек полового органа, он не пошел к врачу ни в тот день, ни в следующие два месяца. Спустя 8 недель Мэннинг обратился к врачу, но помимо травмы у него был диагностирован и рак полового члена, ставший причиной пенэктомии.

Кертис Сетруло (Curtis L. Cetrulo), специалист по пластической и реконструктивной хирургии, и Дикен Ко (Dicken Ko), урохирург, работавшие в клинике, давно горели идеей трансплантировать пенис. На это их натолкнули случаи боевых травм гениталий, полученные американскими солдатами в Ираке и Афганистане. В это же время в Университете Джонса Хопкинса тоже планировали выполнить трансплантацию полового члена. Первенство зависело лишь от того, кто быстрее сможет завершить все необходимые процессы одобрения операции и найти подходящую пару донора и реципиента.

К моменту трансплантации Том Мэннинг уже больше четырех лет жил без полового члена, и хотя врачи не могли гарантировать полный успех трансплантации, он все же рискнул. В 15-часовой операции было задействовано тринадцать хирургов. Результат оказался успешен — врачи описали его в публикации 2017 года [11]. За полгода после хирургического вмешательства у Тома восстановились чувствительность полового члена, частичная эректильная функция и мочеиспускание [12].

Побочные эффекты иммунодепрессантов не особо приятны и доставляют множество неудобств, но Том Мэннинг остается оптимистом. Он сообщил журналу Esquire, что, если у него наметится свидание с продолжением, он первым делом побежит звонить Ко и Сетруло с криком «Он ожил!» Кроме того, пациент уже раздумывал, будет ли считаться, что женщина, с которой он разделит ложе, спит с двумя мужчинами одновременно: с ним самим и с донором.

Врачи уверены: такое явление, как утрата пениса, не должно замалчиваться. Только открытость позволит обществу понять необходимость проводимых операций и отмести в сторону скепсис и неприятие, достоверно существующие в общественном сознании. Пациенты, перенесшие успешную пересадку пениса, единодушны в своем мнении: половой орган необходим им для нормальной жизни. «Это ужасная травма. /.../ Когда я проснулся [после операции], я почувствовал себя наконец опять нормальным» — так в пресс-релизе выразился реципиент пениса и мошонки. В Университете Джонса Хопкинса в 2014 году даже был организован симпозиум о жертвах военных действий, потерявших гениталии на службе [13]. Проблема обсуждалась не только с пострадавшими, но и с их родственниками и медицинскими работниками. Поднимались темы восприятия себя как личности, самооценки и личных отношений.

«Эта операция способна изменить жизнь, — говорит УС доктор Ричард Редетт. — Если вы встретите солдата, такого, как наш пациент, и узнаете его историю — вы поймете, почему мы провели трансплантацию».

Детородная донация

Трансплантацию пениса/пениса и мошонки еще рано причислять к понятным и разработанным протоколам. Пока еще не существует ни единых гайдлайнов, ни понятных инструкций и протоколов. «До проведения трансплантации мы связались с командами врачей из Южной Африки и из Бостона и обсудили их опыт операций, — делится с УС доктор Ричард Редетт из Университета Джонса Хопкинса, член хирургической команды. — Пока что количество таких операций столь незначительно, что общение между командами крайне важно, ведь мы надеемся продолжать внедрение инноваций и предоставлять нашим пациентам лучшее, на что мы способны».

Помимо этических вопросов, оценки психиатрического и психологического статуса, касаясь данной проблемы, врачи сталкиваются и с новыми медико- биологическими проблемами. В частности, сам ход операции и протоколы иммуносупрессии и анестезии при васкуляризированной композитной аллотрансплантации в настоящий момент являются предметом научной дискуссии и изучения.

Тем не менее американский лист ожидания (Organ Procurement and Transplantation Network, OPTN) уже дополнен опцией по запросу на васкуляризированные композитные аллотрансплататы (Vascularized Composite Allograft, VCA). К ним относятся конечности, брюшная стенка, лицо, матка и половой член. И в период с 2014 по начало 2018 года в листе ожидания фигурировали три запроса на трансплантацию полового члена и 15 — на трансплантацию матки. Как отмечают Jennifer L. Wainright с соавторами, анализируя запросы на перечисленные трансплантаты, интерес к трансплантации матки подскочил после публикации в 2015 году клинического случая женщины, ставшей реципиентом матки и впоследствии родившей здорового ребенка [14, 15].

Стоит отметить, что в абсолютном большинстве случаев после трансплантации матки у женщин наступали регулярные менструации и были зафиксированы беременности [16]. Однако гестационный период удовлетворительной длительности (31 неделя) «выдержала» пока лишь одна трансплантированная матка. Но именно этот случай и обнадежил не только врачей, но и женщин, страдающих от врожденной дисплазии матки или оставшихся без нее из-за ранее перенесенного лечения, в том числе и по онкологическим показаниям. По всей видимости, стоит ожидать и увеличения интереса к трансплантации члена — по крайней мере, существующий опыт ведет к этому.

Вопрос донации и трансплантации васкуляризированных органов неоднозначен и сложен с медицинской и этической точки зрения. Трансплантацию матки почти половина врачей считают неэтичной, несмотря на то что как единственное показание к трансплантации рассматривается лишь абсолютное бесплодие в связи с маточным фактором [17]. Такое отношение даже со стороны специалистов объясняется тем, что отсутствие полового члена или матки совместимо с жизнью.

Общественность в целом также неоднозначна в отношении таких операций. Rodrigue et al. проводили опрос по готовности стать донором VCA и выяснили, что лишь половина американцев готовы посмертно стать донорами пениса или лица, в то время как пожертвовать любой солидный орган готовы 90% американцев [18]. Согласно заявлению доктора Редтета в его планах провести 60 таких же трансплантаций.